В 1949 году Советский Союз провёл первое испытание ядерного оружия.
С этого момента для СССР и всего мира началась новая эра.
В течение следующих 40 лет весь мир с тревогой наблюдал, гадая, начнут ли русские и американцы ядерную войну. Ядерное оружие стало одним из определяющих факторов в мировой политике.
Однако ядерная энергия представляла интерес не только для генералов и политиков, рассматривавших возможность применения ядерного оружия против своих врагов.
Для современной России атомные электростанции и атомные ледоколы стали важной частью экономики.
В 1950-х годах эта идея получила дальнейшее развитие. СССР осуществил 124 мирных ядерных взрыва.
Все это были подземные взрывы, которые помогли ученым создать водохранилища, получить доступ к глубоким минеральным месторождениям и создать полости для хранения природного газа. Такие взрывы рассматривались как решение многих проблем.
Однако самым необычным применением ядерного оружия стало тушение крупного пожара.
Ад, который не поддавался никаким решениям.
В 1960-х годах СССР активно разрабатывал свои нефтегазовые запасы. Было разведано множество новых месторождений нефти и газа, и карта доступных ресурсов постоянно расширялась.
Это было похоже на «нефтяной бум», который когда-то произошёл в США. Однако из-за структуры советской экономики разведка месторождений велась не частными компаниями, а государственными структурами.
В 1960-х годах в Западной Сибири были обнаружены гигантские запасы нефти и газа, которые и по сей день остаются одним из главных столпов российской экономики.
Однако у такого стремительного роста была и обратная сторона. Прогресс имел свою цену, которая порой оказывалась довольно высокой.
1 декабря 1963 года на газовом месторождении Урта-Булак в Узбекистане произошла крупная катастрофа.
День начался с обычной буровой операции в горных породах. Ничего необычного не произошло, и рабочие предположили, что день пройдет как обычно.
Однако на глубине более 2400 метров буровая установка случайно наткнулась на газовое месторождение с очень высоким давлением – около 300 атм. Взрыв выбросил всю буровую колонну из скважины, буровая установка разрушилась, и из-под земли вырвался огромный столб пламени.
Над районом вспыхнул 120-метровый «факел» из пламени, который охватил всю территорию. Он потреблял 12 миллионов кубометров природного газа в сутки — количество, сопоставимое с ежедневным потреблением природного газа крупным городом, таким как Санкт-Петербург. Пламя было видно за несколько сотен километров .
Катастрофа была беспрецедентной. Для решения проблемы были направлены специалисты из Министерства геологии СССР.
Первоначально специалисты испробовали все обычные методы тушения пожара, включая закачку воды и специального раствора в колодец, а также засыпание пламени огромным количеством песка.
Для рассеивания обломков устье скважины даже подвергли артиллерийскому обстрелу, хотя, конечно, одним этим потушить пожар было невозможно.
Территория была укреплена песчаными отмелями, чтобы сдержать пламя. Эта мера предосторожности была важна, поскольку газ распространился на окружающие районы, а пепел от пожара осел на домах в десятках километров от места возгорания. Погибло много птиц, и территория была объявлена опасной для самолетов. Рев и жар пламени напомнили всем об аде.
Неудачные попытки потушить пламя продолжались до декабря 1965 года, когда академик Мстислав Келдыш неожиданно сделал предложение.
Келдис происходил из знатной семьи – и не только по аристократическому происхождению, хотя он действительно был благородного происхождения.
Его предки были врачами, инженерами и генералами. Его отец был ученым и университетским профессором. Келдыш получил превосходное образование, и все усилия его учителей принесли свои плоды.
Он решал фундаментальные проблемы аэронавтики, занимался исследованиями в области механики и аэродинамики самолетов, а в 1940-х годах был одним из ключевых экспертов в области ядерного оружия и реактивной тяги. Короче говоря, в СССР было мало специалистов, подобных Келдышу, обладавших специализированными знаниями в различных областях.
Вместе с группой коллег Келдыш предложил совершенно неожиданное решение — взорвать термоядерную бомбу глубоко под землей, чтобы потушить пожар.
Идея была "жестокой", но практичной: взрыв должен был сдвинуть огромные слои породы, которые раздавили бы источник газа, вырывающийся на поверхность.
Рабочую группу возглавлял Камиль Мангушев. Он был еще довольно молод, около 35 лет, но являлся опытным специалистом в нефтегазовой отрасли, занимавшимся исследованиями мирного применения ядерных технологий. Особый интерес для него представляло создание герметичных подземных вакуумов с помощью ядерных взрывов.
Но задача, которую ему предстояло решить, была несколько иной.
Мангушев координировал работу всех специалистов, участвовавших в проекте. План состоял в том, чтобы пробурить наклонную скважину глубиной около 1,5 километра и примерно в 200 метрах от очага пожара. Под землей эта скважина должна была приблизиться к источнику возгорания.
Для предотвращения преждевременного взрыва ядерного оружия мощностью 30 килотонн в тротиловом эквиваленте (в 1,5 раза мощнее бомбы, сброшенной на Нагасаки в 1945 году) требовалось предварительное охлаждение. Для этого был разработан специальный корпус для бомбы с системой подачи охлаждающей жидкости и системой охлаждения шахты.
Была разработана специальная ядерная боеголовка, имевшая особый корпус (поскольку обычная ядерная бомба не предназначена для того, чтобы быть поглощенной колодцем) и автоматизированную систему запуска.
Мангушев также отвечал за проектирование скважины, использованной для строительства канала. Скважину пришлось заделать цементом, чтобы предотвратить радиоактивное загрязнение атмосферы.
Чтобы убедиться, что всё идёт по плану, в колодец поместили макет бомбы. Затем проверили систему охлаждения и опустили боеголовку. Колодец зацементировали.
Людей и технику эвакуировали на 5 километров от места происшествия.
30 сентября 1966 года физики взорвали бомбу. Команда Мангушева наблюдала за взрывом с расстояния 5 километров.
На поверхности земля дрожала. Долина была освещена фосфоресцирующим светом, когда куски камней сталкивались друг с другом и искрились. Дозиметрическая служба сообщила об отсутствии следов радиоактивного загрязнения. Что касается пожара, он быстро начал утихать.
Ударная волна просто сокрушила огненный столб. Пожар, бушевавший 1074 дня, наконец-то погас.
Мангушев был одним из первых, кто туда побежал. Его ботинки расплавились по дороге. Когда он добрался до места, геолог дал ему на память кусок расплавленной породы.
Келдыш, предложивший этот способ тушения пожара, сказал Мангушеву: «Фантастика! Вы отлично справились, спасибо!»
Пожар на Урта-Булакском газовом месторождении стал экстремальным примером использования ядерной энергии в мирных целях. Однако это был не последний случай тушения мощных пожаров в СССР подобными методами. Применение ядерного оружия было крайней мерой, к которой прибегли ученые из-за интенсивности пламени. Тем не менее, риск был оправдан.
Необычная проблема потребовала необычного решения. Оно было довольно жестоким и соответствовало духу времени, но сработало.
Келдыш умер в конце 1970-х годов после продолжительной борьбы с тяжелой болезнью. И по сей день он по праву считается одним из великих героев советской эпохи.
Урна с его прахом захоронена в кремлёвской стене вместе с прахом других видных советских деятелей.
Что касается Мангусева, он продолжал свою работу на государство до распада СССР, после чего основал частную компанию, занимающуюся очисткой земель, загрязненных нефтепродуктами. Герои драмы, развернувшейся в 1960-х годах, оставались уважаемыми профессионалами до конца своих дней.
Комментариев нет:
Отправить комментарий